В своем последнем Послании Федеральному Собранию Президент РФ Дмитрий Медведев призвал активно развивать программы поддержки выпускников детских домов, что, безусловно, не может не радовать как самих выпускников, так и представителей неправительственного сектора. Однако как это обычно бывает, мы любим читать отдельными строками и часто забываем о контексте. Контекстом же всего Послания, напомню, были акцент на поддержку вообще детства и вообще семьи. Контекстом же деятельности многих НКО, к сожалению, семья не является, и, вооружившись выдержкой из президентского завета, они спешат писать и развивать программы постинтернатного сопровождения.

В чем проблема? Дело в том, что инвестирование несоразмерно крупных средств в процессы поддержки выпускников детских домов вызывает определенный социально-экономический крен. Крен этот направлен в сторону укрепления и оправдания всей интернатной системы. Если мы всем миром научимся хорошо и качественно адаптировать выпускников, создавать им всевозможные условия для инклюзии, то мы подтвердим только один тезис: «Ничего страшного в интернатах нет, сдавайте, мы вытащим». В связи с этим видится необходимым разворачивание дискуссии по вопросам принципов и подходов развития постинтернатной помощи.

Одним из условий такой деятельности должны стать технологии, предполагающие максимальную активизацию выпускников, требующие от них усилий и определенных алгоритмов действий. Спорным стоит считать современный опыт создания новых льготный «резерваций», по большому счету воспроизводящих модель детского дома. Политика льготирования и субсидирования должна трансформироваться в социальные стандарты нового поколения, предполагающие сценарии активного включения благополучателей. А НКО, занимающиеся социальной адаптацией детей-сирот, должны стремиться иметь в своем проектном портфеле программы профилактического свойства.

Подборка статей по теме:

• Хаям Ханукаев встретился с выпускницами детских домов в «Катиной квартире» (0)
• Студия 2ГА примет участие в конференции по постинтернатному сопровождению выпускников детских домов (0)
• Студия 2ГА запускает проект по трудовой адаптации выпускников детских домов «Пятая сторона» (0)
• Союз выпускников детских домов России набирает обороты (0)
• Социальный навигатор для выпускников детдомов (2)

Поддержка приемной семьи — это мера, которая должна заявляться далеко не как приоритетная. Это уже один из тех сценариев, который может развиваться для ребенка, если государство, общество и сама семья сделали все, чтобы ребенок продолжал воспитываться у кровных родителей, и не добились успеха. В этой некоторой эйфории развития и поддержки приемного родительства мы можем позабыть о нашей первоочередной задаче – профилактической работе с кризисной семьей и возвращении детей-сирот из интернатных учреждений к себе домой.

Посещая разные детские дома, всегда задаю вопрос директорам о том, сколько из детей реально вернуть обратно. Общая оценка где-то от 20 до 50%. Где-то нужна помощь по расплетению сложных юридических вопросов по недвижимости, где-то обеспечение комплексного лечения, где-то просто добротная работа психолога. У детского дома нет ни кадров, ни других ресурсов для этого. Да, есть сегодня процесс по превращению детского дома в соответствующий центр, но процесс этот достаточно медленный, по причине, например, его методической сложности. Кто этому может способствовать? Правильно, НКО. Директору детского дома необходимо помочь увидеть перспективу.

Но обратимся к программам общественных организаций, работающих в этой теме. Поверьте крайне редко где можно увидеть программы, которые бы предполагали возврат детей в кровную семью и поддержку реформирования детского дома. Ладно программы – нет даже такого понимания, самой идеи. Соглашусь также, что и благотворители сегодня вряд ли широко откликнуться на подобное предложение. Но возможно по крупицам созидаемый и транслируемый опыт, сделает свое дело, и мы наконец-то научимся силами эффективного социально партнерства возвращать ребенка в родной дом.

Кто-то скажет: «Конечно, это вопрос комплексный, и это надо развивать и то». Безусловно, кто бы спорил. Просто есть у нас внутренняя системная тяга к перекосам, снабжаемая к тому же неразвитой проектной культурой, которая вместе с подверженностью модным политическим лозунгам типа «Всех в приемные семьи!», в итоге создает необходимость сдерживать это, вроде бы такое благородное направление. Всем: от журналиста до уполномоченных по правам детей. От воспитателя интерната до лидера НКО надо выучить, вызубрить, принять и понять формулу «Вначале всё – для родной семьи, если нет – временный союз кровной и принимающей семьи, и в крайнем случае – автономная приемная семья». А интернаты – даже вводить не стоит в формулу. Все равно сколько-то останется. Но если будем упоминать – останется больше.

Алексей Газарян

Подборка статей по теме:

• Александр Гезалов: "У НКО должен быть общий тэг — «ликвидация интернатной системы» (0)
• 1 июня состоится I Пензенский общественнный форум «Ребенок в семье» (0)
• Я пытаюсь замкнуть этот круг на себе (1)
• Эффективная помощь выпускникам детских домов: в поисках модели взаимодействия. (2)
• Фотоконкурс для приемных семей пройдёт в Пензе (1)

Вчерашнее сообщение об увольнении директора Павловского детского дома, произошедшее в результате множественных проверок, инициированных отчасти и общественными организациями, вроде бы при первом приближении можно поставить на полку трофеев гражданского общества. Дескать, вот какие мы сильные: написали, побунтовали, директора сняли — Ура! Победа! Однако есть несколько «но».

Первое. Сегодня то там, то здесь мы видим как «общественный суд» начинает вершиться над больницами, детскими домами, интернатами, колониями. Приходят, что-то видят, выносят суждение, раздувают и поехали. Однако каждый из специалистов знает, что жизнь и работа конкретного учреждения — это сложная система взаимоотношений, нюансов законодательства, взаимодействия с целой системой вышестоящих организаций, и что далеко не всегда дело касается исключительно желания директора, его воли. Иногда на что-то просто нет денег, власти, подготовленных кадров. Но все знающее и во всем разбирающееся, а по сути только вчера появившееся, «гражданское общество» с лозунгами про защиту прав и с набором общедоступных стереотипов спешит проявить свою бдительность. И добивается очень сомнительного результата, теряя доверие со стороны ещё не уволенных директоров, и демонстрируя всякую неспособность к пусть длительному, но конструктивному диалогу.

Второе. Снятие директора, чиновника далеко не всегда приводит к изменению ситуации. Скажу даже больше, что порой надо снимать некоторых заместителей, засидевшихся на своих местах и не дающих возможности проведению позитивных преобразований, в силу профессионального выгорания, да и просто из-за недостатка компетентности. Но даже для этого нужно время. А порой это просто невозможно. Есть даже такая кулуарная поговорка: «Директора уходят и приходят, а заместители остаются». Может оттого мало что меняется? И очень может быть, что новый директор Павловского, да и любого другого учреждения, подвергшегося «справедливому общественному гневу», упрется во все те же преграды и тупики, в которые упирался его предшественник. И которыми так не хочет заниматься гражданское общество.

Третье. И мне кажется, главное. Нет ли в этом, коллеги, фарисейства? Кого мы обманываем, когда начинаем требовать от того или иного детского дома, интерната, больницы выполнения каких-то там стандартов, норм, предписаний? Или мы что-то не знаем о нашем социальном развитии? Экономике? Почему мы, осуществляя общественный контроль, не сострадаем, а нападаем, не сотрудничаем, а назидаем, не поддерживаем, а игнорируем? Приходим в белых рубашках в социальные поля, в которых уже десятками лет как умеют работают, отдают за копейки своё здоровье и жизнь, пусть без нашего столичного образования и без знания умных ученых слов, поскольку те кто их знает работают в других местах, приходим и меряем с умным видом мерою, с которой вряд ли приложимся сами к себе. Разве это есть социальное партнерство? По-моему, это называется совсем иначе.

Алексей Газарян

Источник: Милосердие.Ру

Подборка статей по теме:

• Александр Гезалов: «На самом деле выпороли не директора, а всю систему» (1)
• Эффективная помощь выпускникам детских домов: в поисках модели взаимодействия. (2)
• Цитируя классиков (1)
• Хрупкое детство (0)
• Участие в Рождественских чтениях (0)

Пришли времена, когда церковные просьбы о сборе помощи на те или иные социальные нужды уже транслируются с центральных телеканалов. Когда можно говорить о тысячах и миллионах собранных рублей, одежды, подарков для детей-сирот. Метод потихоньку осваивается. И вроде бы радостно. Наука как никак эта даже имя имеет – фандрэйзинг. Едешь по Тульской – к милосердию призывает огромный плазменный экран, приходишь домой, проверяешь почтовый ящик – и оттуда тебе послание-просьба о поддержке церковных социальных проектов и приглашение вступить в сообщество друзей. Однако очередное ЧП и обесточенные дома в Подмосковье показали, что можно собрать многое, но нельзя собрать для людей, например, света, в любом смысле этого слова.

Не знаю, я убежденный сторонник технологичной благотворительности, которая действительно продвигается по пути решения той или иной социальной проблемы, пусть и залатывая государственные дыры, но залатывая, а не приставляя временную заплатку. Так что не вижу успеха в круглых и не очень цифрах отчетов о собранных средствах. Не уверен, что с их помощью произойдут системные изменения: что будут созданы рабочие места и налажена инфраструктура, что вложат деньги в поддержку лесничества и создание учебных добровольческих центров для чрезвычайных ситуаций, что наконец-то проведут интернет до каждого села и сельской школы. Не уверен, но надеюсь, что когда-нибудь мы научимся это делать, как научились собирать.

Однако новая инициатива – и опять по тем же рельсам. Теперь мы ищем всем миром средства на строительство приюта для бездомных. Ищем – дело ведь благое. Благое, но разумное ли? Опять миллионные затраты, много разговоров, а в итоге штат сотрудников, ЖКХ – и все ложиться на плечи благотворителей, которых нынче не так уж и много. Зарплаты надо индексировать, ремонты делать, поэтому: «Будьте добры – дайте ещё полмиллиона на приют для бездомных Христа ради». На деле же – создание очередной лагуны, поддерживающей бездомность. Как же, спросите вы, он будет заниматься реабилитацией? Для реабилитации, друзья, нужны специалисты и опыт. Но реально ни специалистов, ни опыта у нас практически нет. Хотя было бы хорошо проехаться просто по ближайшим странам на стажировку – да и это вряд ли поможет. Ну, не хотим мы заниматься профилактикой: ни бездомности, ни сиротства. Не хотим. Может, на это сложно собирать? Да, сложно. Это правда.

Создание систем для следствий – наше любимое занятие. Детский дом, в котором уже реально мало что можно сделать и для восстановления семьи, и для минимизации травмы, нанесенной ребенку. Колонии для малолетних, в которых системный режим и культура быстро делают свое дело — хотя и здесь есть ещё подвижники, внедряющие, к примеру, технологии видеообщения с родителями, которые учатся не отвергать оступившегося отпрыска. Приюты, центры, поселения – все, направленное на следствие, и не поддерживающее норму, служит обратному делу. Так устроен мир. Когда мы поймем, что самая эффективная благотворительность – это благотворительность для тех, кто ещё не оказался в беде, тогда и начнутся изменения. А пока мне очень выгодно сделаться бездомным или сиротой, а лучше спалить деревню – тогда меня заметят.

Одна монахиня мне рассказывала, что в древних монастырях насельники клали до 500 поклонов за каждое пожертвованное в монастырь яйцо. Думаю, надо изредка возвращаться к древним традициям и за каждое пожертвование в церковную сокровищницу на социальную деятельность собираться вместе и всем класть поклоны, выработав соответствующее правило. От того, верю, и любовь приумножиться, да и ума прибавиться. 

Алексей Газарян

Подборка статей по теме:

• Записки соцработника провинциального прихода (0)
• Вилять или влиять (0)
• Александр Гезалов: "Чтобы диалог был равным, необходимо обучаться " (0)
• Обновление в пути (0)
• О социальном служении в Финляндии (0)

Все больше думаю и все больше обнаруживаю, что в нашем общественном сознании есть такие механизмы, которые воспроизводятся в том или ином виде вне зависимости от исторической эпохи. Их, видимо, с определенной долей условности даже можно отнести к коллективными бессознательным структурам, которые находят своё выражение в различных феноменах социального бытия. Моя жизнь как социального художника проходит в различных нишах – семья, школа, детский дом, улица, социальное учреждение, сообщество коллег, интернет, я наблюдаю и взаимодействую с детьми, стариками, молодежью, священниками, актерами, бездомными, владельцами яхт. И иногда, абстрагируясь от ежедневного и пытаясь представить с помощью образов своё жизненное движение, не нахожу более точного сравнения как перемещение из одной изоляции в другую, будь это социальная группа или отдельная душа с её личной историей.

В свое время, изучая  вопрос о психиатрических лечебницах, выяснил, что оказывается, самыми цивилизованными в этом плане были арабы. У них помощь психически больным людям стали оказывать чуть ли не раньше всех на этой земле. У нас же до сих пор внутреннее отношение к психически больному – если не прямо негативное, то, по крайней мере, напряженное. В нашей культуре есть способ выразить это отношение. Заключается он в том, чтобы создать специальное пространство, организованную изоляцию. Иногда мне кажется, что у нас всё пропитано идеей «специального». Психически больной? Вот тебе лечебница и закон, что ты в принципе там и останешься. Даже если выйдешь, собственно мало что изменится. Ребенок-сирота? Что ж и для тебя найдется площадь с забором, за которым ты будешь накормлен, обут и может быть, даже когда-то выйдешь на свободу. А если не справишься по выходу? Ничего, у нас для тебя есть ещё целых три варианта, кстати, тоже изоляции: тюрьма, улица и все та же универсальная психушка.

На третьей неделе обучения моего приемного сына в школе меня вызвал директор и сказал: «Для таких есть специальные интернаты, у меня как раз там работает знакомая зам, давайте – один звонок и никаких проблем. Школа это не для него». Я вежливо отказался. Недавно он получил приз на одной конференции исследовательских работ по истории. С того момента прошло около четырех лет. Оказывается, что «для него». Когда на советах профилактики кто-то из учителей в очередной раз предлагает перевести «трудного», с её точки зрения, ребенка в спецшколу, я иногда, признаюсь, не выдерживаю и предлагаю отправиться в спецучреждение ей самой. Вы знаете, действует. Трезвит.

Врачи предыдущего поколения, их нынче единицы остались, поэтому при возможности посещайте их лекции, всегда печалятся о том, что для каждого органа у нас теперь есть свой врач, а терапевтов общего профиля посчитать можно по пальцам. Этот – по зубам, этот по глазам, этот по щитовидной железе. Упадок энциклопедичности. Компетентностный набор соответствует? Пойдет, достаточно для массового производства. Услуг, норм, ценностей. Но что самое интересное, чем более глобализируется мир, тем больше в нем изоляции.

Взглянем на карту мира. Все исчерчено границами. Государства, империи, маленькие национальные автономии. И даже в объединенной Европе их количество только растет. Идем дальше. Народы, этносы, национальности. Еще дальше. Страты, сословия, классы, субкультуры. И так далее до изолированной души конкретного человека. В социальной сети встречаешь человека – нажимаешь просмотр профиля, он выдает тебе «защищено настройками приватности». В ЖЖ читаешь аналогичное: «прежде чем зафрендить меня, напишите кто вы и откуда». Человек готов к открытости и глобализации ровно на столько, на сколько развита его культура изоляции.

Но вернусь немного назад. Культура изоляции связана с культурой национальной. И это самое трудное для принятия. Когда я был в Германии и прогуливался по Берлину, то наблюдал картину, повергшую меня в шок, который потом чуть не перерос в социолькультурную депрессию. На остановке перед университетом остановился автобус. Мягко так «присел». Вышел водитель, приветливо улыбнулся девушке на инвалидной коляске, откинул необходимый подъемник и завез пассажира в автобус. В этот момент я захотел стать немцем. И ничего кроме того, что мы «варвары» с православным имиджем, я уже не думал. Иногда думаю так и сейчас. Особенно когда слышу об очередной инициативе по созданию православного детского дома.

Нет, не подумайте, уважаемый читатель, будто бы я не вижу никаких плюсов в изоляции. Напротив, мне кажется, что я воспитан так, чтобы уважать изоляцию, её по возможности применять и использовать. Изоляция – процесс с большим потенциалом. Например, обучение в изолированной группе эффективнее многих других форм. Временная изоляция от мира, помогала и помогает многим художниками совершать свое творчество. Культура должна иметь механизмы собственной изоляции в качестве защиты и как способ самосохранения. Как христианин, я понимаю и определенную необходимость изолированности литургического процесса, наличия определенных шлюзов, преград, стен, дабы не разнесли самое драгоценное по кусочкам И конечно, сам человек, охраняя свой внутренний мир, так или иначе прибегает к изоляции и социальному одиночеству... Но здесь и кроется, видимо, ключ к ответу о несоответствии явно полезных функций изоляции её деструктивному применению в практике общественного устройства. То, что работает на одних моделях, оказывается неприменимо к другим. И причина, по-моему, в осознанности этой изоляции.

Итак, если человек осознает потребность, значение и смысл, для него изоляция становится великим благом, из которого он может черпать ресурсы для своего духовного роста. Опыт монахов-аскетов чего только стоит. Осознанная изоляция – это нормальная психическая конструкта и социальный инструмент. Насильственная же изоляция, не принятая, не проработанная для внутреннего я человека, перманентная, связанная с представлением большинства о социальной норме – явление опасное, порождающее прецеденты общественного насилия, скрытого под маской научно обоснованного действия. Насильственная изоляция должна быть подвергнута глубокому моральному, этическому и ценностному анализу, оценена с точки зрения культуры и религии. К насильственной изоляции можно смело приписать и общественное бездействие, и равнодушие, и невнимательность к обозначенной проблеме. «Да, правда, в детском доме так плохо? Ну, что поделать». Эта позиция – и есть насильственная изоляция.

У меня в лагерь однажды приехала девочка-инвалид. Мы собирались на экскурсию. Надо было поднимать её в автобус. Скажу честно, внутри меня было брезгливое чувство, противное для самого же себя, но оно было. И я, перебарывая это внутреннее собственное уродство, поднял её на руках в автобус. После уже делал это много раз. И понимал, что расстояние между нашими мирами сокращается. Как и сокращается её и моя изоляция. Поскольку любовь к человеку не должна знать никакой изоляции.

Так я понемногу становлюсь «немцем».    

Алексей Газарян

Подборка статей по теме:

• Состоялся круглый стол по проблемам детей, проживающих в социальной изоляции (0)

Не знаю как вам, коллеги, но мне приходилось бывать на заседаниях комиссий по делам несовершеннолетних. Родитель заходит. Справа от него стол, за которым с суровым видом сидят неизвестно для него кто. Обычно не представляются. И начинается разбор полетов. С напоминания об обязанностях матери, о семейном кодексе и так далее. Тональность этого заседания менторская, карательная, осуждающая. Потом могут предложить помощь специалистов. В государственных центрах при этом уровень специалистов бывает разным, причины — думаю, ясны. При этом почему-то есть уверенность, что групповая работа с матерью, когда на тебя смотрят десяток пар глаз — куда более эффективная форма, чем индивидуальная аккуратная профессиональная консультация. Вот такая общественная стирка призвана как-то изменить ситуацию в жизни молодой девушки, как в нашем случае, которая запнулась, не знает где выход, находится в состоянии абсолютного непонимания происходящего. А тут — «услуги врача-нарколога». Боюсь, друзья, это наши пережитки коллективной безответственности и результат непонимания причин и следствий социальных кризисов. Не говорю уже о том, то Комиссия должна была защищать и права этой мамы, поскольку и та была несовершеннолетней в на тот момент. И помолчу о том, что её ситуация не появилась вдруг, неоткуда.

Подборка статей по теме:

• Светлана Бочарова: «Детские дома – система „отмывки“ государственных средств» (0)
• Павел Астахов: «Никто по большему счету не заинтересован в возврате детям кровных родителей» (6)
• Александр Гезалов: «Запас универсальными знаниями позволил бы семье принимать возникающие вызовы» (0)
• Александр Гезалов: «За деньги сознание не меняется» (0)
• «Социальный контракт» в обмен на новую жизнь (0)

20 октября руководитель Студии социального проектирования 2ГА Алексей Газарян провел стартовый утсановочный тренинг профессионального роста для воспитателей Воронежской школы-интерната №1. Тренинг проходил по заказу Благотворительного фонда «Поделись теплом».

Есть контакт

В практике психологического консультирования есть фундаментальное понятие установления контакта между консультантом и клиентом. Этот процесс не всегда проходит гладко, от него многое зависит. Не могу сказать, что я не волновался, все-таки не самый простой народ — воспитатель интерната, но определенная внутренняя уверенность все же оставляла надежду, что все удастся. Но бывает разное. Отсюда и некоторая осторожность, а если быть ещё точнее, аккуратность с первых минут. Контакт же, к счастью, состоялся практически сразу. Думаю, сработала с одной стороны моя внутренняя глубокая симпатия ко всем людям, которые занимаются этим непростым трудом, с другой — что я, в принципе, из их числа. Да — работаю в другом формате, да — не в интернате, но все же «свой» и это было важно. Для всех нас. Дамы сразу заметили, что мы привезли с собой из Москвы дождик. На поверку же он оказался грибным. По крайнем мере, на время нашего тренинга.

Профессия в деталях

Первой моей задачей стало нам всем очередной раз убедиться, что воспитатель — это профессия. При том звучащая гордо. Не потому, что мы просто так хотим, а поскольку это целый пласт научного и практического, и этим пластом обладают далеко не все. Первые упражнения были направлены на демонстрацию профессиональных умений участников. В частности — способности к диагностике, считыванию с человека различной информации. Не секрет, что воспитатель постепенно научается диагностировать по деталям. Кстати, с этим мои коллеги достоточно успешно справились. Поработали с восприятием. Оказалось, что среди участников выделились три группы со схожим принципом восприятия. Поработали, обсудили. Использовали и упражнение для тренировки внимательности и умению смотреть немного шире привычного. Это было полезно и для «тренингового сознания» вообще. Итак, активировали одну из профессиональных компетенций. Мы это можем. Это наше достоинство. И здесь есть куда расти. Идем дальше.

Простая наука

По-моему, нет более затертой фразы в должностных инструкциях, чем «уметь теоретические положения применять на практике».  Вот мы примерно так и сделали. Я предложил коллегам известную в узких кругах классификацию детей-сирот по Александру Гезалову, в которой он делит воспитанников на четыре группы «меджведат», «лисят», «волчат» и «зайчиков». Не раскрывая содержания, которое приписывает группам сам автор, я попросил воспитателей  самостоятельно наделить образы конкретным содержанием и даже привести живые примеры. Что они не без интереса сделали.  Результаты получились разные, даже завязалась дискуссия. И это было важно, так как возникал не просто спор, а спор профессиональный, о предмете профессиональной сферы. Если хотите, в этой дискуссии рождалась отчасти и методическая компетенция наших коллег. После подумали, кто с кем дружит, кому с кем проще взаимодействовать. Медвежатам с зайчатами? Или лисами с волками? И тут мнения разделялись. И это было хорошо.

Когда кому служить  не выбираешь

С типологией детей вроде разобрались. А есть ли типология воспитателей? А как можно классифицировать, группировать нас самих? Здесь спектр различий в мениях ещё более расширился. Хотя были и общие решения в виде «лошадей» и «тигриц». Каждый предложил собственную версию классификации. Вот, к примеру, одна из них:

Есть воспитатели группы «Петухи и индюки». Они всегда ходят с горделивым видом всезнающих, всемогущих, всего умеющих. Много говорят и мало делают.

Есть «Козы». Они везде скачут, проявляют инициативу, то там то здесь. Правда, по случаю очень могут пригодиться. Как раз своей активностью.

И есть просто-напросто «Собаки». Которые верно служат своим детям-"хозяинам". Могут и огрызнуться, могут пожалеть, могут защитить. Когда одни хозяины выпускаются, они начинают верно служить другим.

Были сравнения с кенгуру, ужами, баранами, курицами-наседками и даже мигерами, как ни странно.

Никто, кроме нас

Покуда государство не хочет учреждать премию для воспитателей детских домов и школ -интернатов, учредим её мы. Тем более, как оказалось, такая иницитива уже недавно родилась в стенах Воронежского интерната. Так, в финале тренига мы учредили свою премию и наградили друг друга. По-свойски. Подарили мешки желаний, золотые тарелки, машины и другие награды. Ведь дело рук утопающих — их личное дело, как известно. Так и с профессиональным ростом. Если кто-то не желает, чтобы мы радовались делу, которому служим, что ж, мы научимся делать это сами. 

Алексей Газарян 

Подборка статей по теме:

• Цитируя классиков (1)
• Хрупкое детство (0)
• Участие в Рождественских чтениях (0)
• Тональность конференции проектных и исследовательских работ учащихся как объект социально-педагогического управления (0)
• Студия 2ГА проведет тренинги для воронежских воспитателей (0)

На очередном дне рождения детского дома от главного врача местной поликлиники, пришедшей с грудой подарков, слышу: «Ребята, у вас все будет хорошо, у вас все обязательно получится. Главное — здоровье». Про себя думаю: она что? издевается над ними. Врач. Человек, который умеет видеть связь между симптомами, синдромами и умеет прогнозировать развитие болезни. И она это говорит? Да, говорит. Поскольку это такая общая стратегия – я называю её стратегией последнего праздника. Каждый праздник в детском доме – как похороны. Похороны правды. О будущем, о трудностях, о Боге, если хотите. Его в христианстве недаром называют Солнцем Правды. Загораживая от детей правду, мы загораживаем и Его. «Он и так их простит и примет, не переживай» — слышу я из эфира. «Их – да, нас только нет». Так вот, каждый праздник им будто бы дают возможность последний раз нарадоваться (им же так не хватает радости), напеться песен (им же так не хватает творчества), наесться сладостей (они же дети, в конце концов). И сгинуть. В статистике 10 на 90. 10 – это тех, кто выживает. Об этом соотношении им на празднике не говорят. Дабы не испортить похороны.

Когда я впервые увидел, как Гезалов делает это, то у меня на некоторое время возникло ощущение, что тут есть некоторый перебор. Но оно быстро прошло, поскольку я всегда помню заветные 10-90. После я видел это много раз, а после и начал делать сам. Показывать детям-сиротам ж...у. Достаточно точная аналогия с их будущим после детского дома. Говорить им правду о жизни выпускников детских домов и их судьбах, которые они уже готовы повторить, словно под копирку. Раскрывать тайну осиротения, которую мы так бережно храним, сочиняя очередной гимн детского дома со словами: «Он мне дорог с ранних лет, и его теплее нет, родного дома негасимый свет». Надо стараться его погасить. Так чтобы осталась память, но не желание возвращаться.

Нет, не буду спорить с тем, что тайну эту надо приоткрывать осторожно. Конечно. Но она должна стать нормой ожидания, реальностью. Как астма, как размер собственных ног, как цвет своих волос. «Это мое сиротство и я с ним должен научиться жить. Другого пути у меня нет. У тех, за забором – по-другому. Мы разные.»

Все больше и больше размышляя о принципах социальной адаптации детей-сирот, убеждаюсь, что всегда есть некоторая адаптационная альтернатива. Быть с язвой – но живым, закончить колледж – но работать, быть одиноким – но с Богом. Все вместе получить практически невозможно. Это надо признать. Как аксиому. Всегда есть плата за осиротение. Оно не может пройти бесследно. Ты не будешь таким же, как «они». Будет разница. Эта разница – и есть твоя тайна, и твое сокровище одновременно.

Поэтому, начиная очередной курс Желтой подводной лодки, я уже давно, не смущаясь, говорю: «Ну что, матросы своих судеб, знаете, как нелегко там, за бортом? Сколько ваших не доходит до берега? (Кивают). Поэтому – занять рабочие места. Приготовиться к отплытию! (Смирно выcтраиваются)».

Алексей Газарян

Подборка статей по теме:

• Что ждет нас в новом благотворительном году? (0)
• Студия 2ГА проведет тренинги для воронежских воспитателей (0)
• Студия 2ГА запускает проект по трудовой адаптации выпускников детских домов «Пятая сторона» (0)
• Социальный ЕГЭ. Общественный диспут (0)
• Социальный ЕГЭ для детей-сирот (0)

Напомню, что это был конкурс «конкретных программ и научных исследований в сфере поддержки и социального обслуживания малоимущих и социально незащищенных категорий граждан, охраны здоровья населения и окружающей среды».

Так, о реальном и доступном трудоустройстве задумалась «Юношеская автомобильная школа», предложившая проект «Создание условий по формированию интереса у детей и молодежи из малообеспеченных семей, сирот и оказавшихся в трудной жизненной ситуации к инновационным техническим аспектам в автомобильной отрасли. Создание для них рабочих мест». На реализацию этой идеи они получили 1 500 000 рублей.

Известный многим специалистам по работе с детьми, оказавшимся в трудной жизненной ситуации, «Центр социальной адаптации святителя Василия Великого» (Санкт-Петербург) получил 2 000 000 рублей на проект «Создание службы социально-психологического сопровождения подростков, находящихся в местах лишения свободы, и их семей».

Фонд «Поддержки инициатив в области семьи и детства «Национальный детский фонд» получил 4 000 000 рублей на проект «Мульт-терапия: профессионально-волонтерский проект социальной и психологической реабилитации детей в трудной жизненной ситуации посредством коллективного создания мультфильмов в детских анимационных реабилитационных студиях страны».

Подготовить выпускников детских домов и школ-интернатов к созданию крестьянско-фермерских хозяйств в качестве меры по трудоустройству теперь сможет Тверское областное отделение Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «ОПОРА РОССИИ», победившая с проектом «Путевка в жизнь на своей земле» (1 051 000,00 рублей). Дай Бог.

Очень завораживающим мне показался проект «Интеграция в общество выпускников детских домов» БФ «Поддержки и защиты выпускников детских домов в первые годы самостоятельной жизни» (Тюменская область) на 758 800 рублей. Было бы интересно почитать его поподробнее.

По-моему, крайне актуален для всех социальных групп (и не только инвалидов) проект коллег из «Центра взаимной интеграции «Аккорд» (Санкт-Петербург), предложивших просветительскую программу по повышению уровня информированности населения об иппотерапии как современном методе реабилитации со звучным названием «ДОКТОР ЛОШАДЬ». И скромно получивших на неё 269 559 рублей.

Мне, как стороннику развития информационных процессов среди детей, конечно же приглянулся проект «Медиастудия как средство социализации, реабилитации детей и «трудных» подростков», разработанный благотворительным фондом «Доброта» (Пермский край) — 487 700 рублей.

Только мы хотели делать у нас в студии 2ГА что-то подобное, как на проект «ВИДЕОШКОЛА ПРИЕМНОЙ СЕМЬИ» (курс видеолекций для приемных родителей) «Международного благотворительного фонда Юрия Башмета» выделили 2 000 000 рублей. Думаю, все равно будем делать.

Что-то в этом есть, не правда ли? «Бабушки – детям» (Организация индивидуальных программ содействия социализации детей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации с помощью волонтеров – представителей старшего поколения). Авторы проекта — «Координационно-ресурсный центр для пенсионеров «Мои года -мое богатство». Сумма – 800 000 рублей. Сразу вспоминается статья Гезалова «Мои волонтеры уже умерли».

И наконец, проект из заголовка: «Клуб опекунских семей «Опята», направленный на оказание психологической, материальной, правовой, педагогической, медико-социальной помощи и поддержки опекунским семьям», созданный Якутской Городской Общественной Молодежной Организацией «Подросток». Предполагающий грант всего на 155 600 рублей.

Таким образом, если выделять тренды, то они следующие:

• Трудоустройство и постинтернатное сопровождение выпускников детских домов.
• Внедрение различных технологий в области социальной адаптации детей-сирот, многие из которых активно используются на Западе (арт- , иппо- , мульт- и другие терапии)
• Адаптация детей-сирот через спорт
• Поддержка приемных и опекунских семей.
• Информационно-просветительские проекты
• Создание постоянно действующих специализированных служб и центров.

К сожалению, проектов, направленных непосредственно на профилактику социального сиротства и предлагающих подобные технологии, практически не оказалось. Видимо, это пока остается трендом будущего. Когда же оно наступит?

Алексей Газарян

при использовании материалов активная ссылка на dvaga.ru обязательна

Подборка статей по теме:

• Студия 2ГА примет участие в конференции по постинтернатному сопровождению выпускников детских домов (0)
• Социальный навигатор для выпускников детдомов (2)
• Сотрудничество с учебно-методическим центром профессионального образования (0)
• Сотрудничество с благотворительным фондом «Расправь крылья!» (0)
• Резолюция конфренции по постинтернатному сопровождению выпускников детских домов (0)

Ещё год назад эта ничем не примечательная деревня, в которой практически не осталось местных жителей, тихо доживала свой век в ожидании дачного преображения. Однако человек предполагает, а Господь, как говорят в народе, располагает. Да так, что посылает то ли на голову, то ли прямиком на горло, готовое уже заглотнуть очередной стакан, подвижника. Сашу Гезалова.

И вот уже часовенька, и вот уже... : «В деревне Педасельга 21 августа в 15.30 будет проходить первое за последние 100 лет крещение жителей. Свое желание принять Святое Крещение высказали и молодые люди, и пенсионеры. Это важное для деревни событие стало возможным благодаря возрождению в деревни часовни св.Вмч Георгию Победоносцу. На днях у часовни был проведен субботник, силами жителей деревни.» (сиротинка.ру)

Хватило бы крестных...

ГА

Подборка статей по теме:

• На строительстве часовни дело не остановится (1)
• В деревне Педасельга Александр Гезалов завершил строительство часовни Георгия Победоносца (0)