1. Литургический смысл служения милосердия. Диакония как изначальная функция Церкви

Признавая служение ближнему или, иначе говоря, социальное служение необходимой стороной своей жизни, Церковь подтверждает важнейший принцип православного учения о человеке как личности. В личностной, т. е. ипостасной сути человеческого естества прежде всего раскрывается его божественный образ. Терминология греческих Отцов Церкви принципиально точнее в этом отношении латинской терминологии, употребившей определения «персона» или «индивидуум».

В последнем случае указывается на самодостаточность, единственность человека, а в православном понятии «личность» выражается обращенность к другому. Лицо (лик) непременно открыто подобно тому, как каждое Лицо Святой Троицы бытийствует не самодостаточно, но обращенностью к двум другим в общении жертвенной Любви (Совет превечный, наилучшим образом выраженный зримо в иконе Св. Троицы преподобного Андрея Рублева). Культура, основанная на православном понимании человека как личности, прежде всего, свидетельствует о Любви как основе жизни, чем и отличается от индивидуализма, культивируемого в западной как художественной, так и социальной традиции.

Церковь как екклесия («община») не может существовать во всей полноте иначе, как во взаимном общении любви. Центральным событием Церкви как Тела Христова является Литургия («общее дело»). Таким образом, мистическая суть жизни Церкви имеет ту же основу, что и деятельная сторона ее жизни: «Возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы», — таким призывом начинается Божественная Литургия. Удивительным образом Таинство содержит молитвы о самой жизненной, актуальной нужде — о единстве в союзе мира: «Нас же всех, от единаго хлеба и чаши причащающихся, соедини друг ко другу, во единаго Духа Святаго причастие;». И особое прошение — о « добротворящих во святых Твоих церквах, о поминающих убогия; воздаждь им богатыми Твоими и небесными дарованьми, даруй им вместо земных небесная, вместо временных вечная, вместо тленных нетленная». Вот как определяется в Литургии цена деятельной любви: ради нее временные человеческие жертвы превращаются Божественной Любовью в вечные дары Небесного Царства. Здесь прямая связь со смыслом евангельского чтения на Неделю о Страшном Суде (Мф, 25, 31 – 46).

Итак, в самые ответственные моменты своей жизни Церковь утверждает священный и вечный смысл служения тому, кто сотворен по образу и подобию Божьему, — человеку.

Недаром в повествовании о начале жизни Церкви в числе первых событий описывается избрание диаконов, имевших попечение о «раздаянии потребностей». Потому и в последующие времена эта изначальная функция Церкви именуется «диаконией».

С течением времени Церковь не меняет своей природы, ибо «Иисус Христос всегда и сегодня и во веки тот же» (Евр., 13, 8), а значит остается актуальным и диаконическое служение как постоянное действие Церкви в мире.

2. Миссионерское значение социального служения Церкви. Различие между гуманитарной деятельностью и диаконией.

Если православная община живет истинно как Церковь — Тело Христово, то и свидетельство ее о Христе совершается тем же образом, как свидетельствовал Он о Себе, т.е. «явил делом, что, возлюбив Своих, сущих в мире, до конца возлюбил их.» (Ин, 13, 1).

В доброделании эта способность проявить любовь, внимание, терпение до конца является отличительным признаком христианского служения милосердия. Причиной этого является не исключительная сдержанность и дисциплина, какую можно себе представить как качество хорошего профессионала или просто воспитанного человека, а нечто по природе иное, – некую внутреннюю свободу, радость, которая не помрачается тяготами служения и способна передаваться другому. Собственно, с этой радостью человек и идет к нуждающемуся, хочет поделиться ею. Тот источник радости, которую имеет в себе верующий человек, становится Источником исцеления всякого недуга, душевного и телесного: «Во имя Иисуса Христа Назорея встань и ходи» (Деян, 3, 6). Нет числа примерам такого свидетельства о Христе, сила Которого совершалась в немощи обычных людей, милосердствующих ради Него. И наоборот, самая обильная раздача гуманитарной помощи может оказаться совершенно бесплодной и даже вредной с точки зрения духовного укрепления нуждающегося человека, если не имеет в себе внимательной любви и радости о Боге.

Верующему человеку, готовому свидетельствовать о Христе, т. е. быть миссионером, служение милосердия дает самый верный путь к сердцам. Вместе с тем этот путь требует и очищения собственного сердца, иначе в нем не прояснится радость о Христе, нечего будет дать другому человеку, кроме временного облегчения. Диакония отличается от филантропии постоянством независимо от благоприятных или неблагоприятных условий. Как постоянна наша богослужебная практика, так постоянной должна быть и практика диаконическая, чтобы вместе с миссионерским служением составить полноту церковного служения.

3. Специфические условия, обеспечивающие диаконическое служение (наличие литургической общины, духовное и нравственное просвещение ее членов).

Мы понимаем служение милосердия как естественную, необходимую часть литургической жизни Церкви. Поэтому очевидно, что готовыми к такому служению будут только люди, участвующие в этой жизни. Верно и то, что по той готовности, с которой человек берет на себя какой-либо труд ради Бога и ближнего своего, можно судить о подлинности его христианского звания. Служение объединяет людей, недаром церковные сообщества, собранные для того или иного служения, назывались братствами.

Идеалы и стандарты современного общества индивидуалистичны, потому, как отмечалось выше, секуляризованная благотворительность и отличается принципиально от церковной: ее цель — акция, а целью церковной благотворительности всегда является человек. Ни для кого нет блага без любви, и потому так естественно, что именно литургическое единство, созданное жертвенной Любовью, делегирует из своей среды призванных к служению благотворительности. Литургическая община непременно содержит в себе тех, кто может служить Богу тем даром, который получил от Него: «И как по данной нам благодати, имеем различные дарования, то имеешь ли пророчество, пророчествуй по мере веры; имеешь ли служение, пребывай в служении; учитель ли, в учении; увещатель ли, увещавай; раздаватель ли, раздавай в простоте»(Рим.12, 6–8).

Сказанное подтверждается многими примерами из современной жизни церковных общин: в собраниях верующих вне храма для чтения Евангелия, для научения вере и духовного просвещения образуются диаконичекие группы. Все они действуют под пастырским руководством священников, так что работа в такой группе является важнейшей частью духовной жизни члена общины. Спасение как цель всех усилий предполагает прежде всего победу над эгоизмом, самодостаточностью, гордыней, ленью. В конкретной практике милосердного служения духовная польза приобретается вернее всего.

4. Благотворительность в Древней Церкви

В апостольские времена попечение о нуждах бедных обеспечивалось диаконами, диаконисами, служащими при общине вдовицами.

В период после гонений церковные госпитали и монастыри делаются главными источниками благотворительности, принявшей форму массовой раздачи милостыни.

В Константиновскую эпоху сложилась практика благотворительности не за счет сборов среди верующих, а из епископской казны и церковного имущества. Появились и специальные доверенные лица, назначенные к распределению этих средств (в храме Св. Софии служило около 100 диаконов и 40 диаконисс). Целым городом казался комплекс благотворительных учреждений Свт. Василия Великого вблизи Кесари. Широко известны приюты и убежища для бедных, больницы для эпидемиологических больных, больницы и воспитательные дома для сирот. В должности «ксенодоха» — ответственного по уходу за бедняками — бывали и патриархи, например: св. Мина (536–552), св. Сергий (610–638). С именем Милостивый прославился Александрийский патриарх Иоанн (+610). Распространение монашества и основание монастырей также привело к росту заботы о бедняках.

Воспоминание о том значении, которое великие учителя Церкви придавали благотворительности, можно заключить словами Св. Иоанна Златоуста: « Церковь — не то, чтобы в ней плавить золото, ковать серебро; она есть торжественное собрание ангелов. Поэтому мы требуем в дар ваши души, ведь ради душ принимает Бог и прочие дары… Хочешь почтить тело Христово? Не презирай, когда видишь Христа нагим. Изрекший: «сие есть Тело Мое» и утвердивший словом дело, сказал также: «вы видели Меня алчущего и не напитали», и далее: «так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне». Для этого таинственного тела нужны не покровы, а чистая душа; члены же тела Христова, т. е. нищие, имеют великую нужду в нашем попечении». (Свт. Иоанн Златоуст. Толкование на Евангелие от Матфея, Кн.2, М.,1993, с. 522).

5. Благотворительность в Русской Православной Церкви до октябрьского переворота

Эта сторона деятельности Русской Церкви хорошо известна по многим воспоминаниям и свидетельствам о служении Св. Иоанна Кронштадтского, особо именуемого праведным, Св. преп. мученицы Вел. Кн. Елизаветы Федоровны и многих других подвижников. Подробно описана также деятельность церковных благотворительных обществ и братств в19 – начале 20 века. Их работа приобрела характер широкого общественного служения, в которое были вовлечены представители всех российских сословий.

6. Благотоворительность в Русской Православной Церкви в наше время.

Служение милосердия в церковных приходах возобновилось достаточно активно сразу, как только исчезли внешние препятствия и ограничения. Сам этот факт подтверждает естественную потребность в таком служении для полноценной жизни Церкви, а также нужду в благотворительной работе, несмотря ни на какие многочисленные социальные государственные службы. Современная церковная благотворительность в России во многом зависит от иностранной гуманитарной помощи, чему есть свое оправдание: в 90-е годы хозяйство страны было настолько разлажено, что церковные группы просто не имели никаких средств для обеспечения нуждающихся, зато могли организовать добровольческую помощь. Не всегда современная церковная благотворительность ограничивается распределением гуманитарной помощи, тем более, что в самое последнее время поступление ее весьма ограничилось. И в 90-е годы, и теперь действуют церковные общества милосердия, в которых ведется настоящая работа с людьми. Об этом лучше рассказывать на конкретных примерах.

Протоиерей Лев Большаков,

http://uteshenie.karelia.ru/

Подборка статей по теме:

• Святейший Патриарх Кирилл направил руководству страны свои предложения по защите семьи, материнства и детства (0)
• Протоиерей Аркадий Шатов назначен председателем Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению (0)
• О социальном служении в Финляндии (0)
• О социальной адаптации трудных подростков говорили в Санкт-Петербурге (0)
• Нужны ли Церкви социальные педагоги? (0)